«Гораздо легче стать отцом, чем остаться им» - эта фраза принадлежит историку Василию Ключевскому. И с этим нельзя не согласиться – настоящим папой, любящим, добрым и строгим одновременно быть непросто.
Накануне Дня отца некоторые наши читатели рассказали нам о своих папах.
Максим Крупнин
- Папа? Когда-то он был папой, сейчас он для меня Отец. В этом слове скрыта его мудрость, ответственность, гордость, любовь. Он никогда не будет строгим или суровым, он будет справедливым. Отец передаёт мне всё то, что ему когда-то передал его Отец, мой дедушка. Меня научили быть достойным, добрым, справедливым, храбрым, любить своё, уважать чужое, постоять за себя. Даже готовить я научился, глядя на него. Когда у нас были кролики, я видел, как он заботится о них: косит траву, чистит клетки, делает им мешанку. Я помню, как Отец учил меня косить траву обычной двуручной косой.
— Вот, смотри, взял точильный камень, намочил его - и по косе. Раз, два, три. С другой стороны точно так же. Поправил косу, вытри её. Взял левой рукой здесь, правой вот так, пятку прижимай к земле и веди по дуге. Раз, раз, раз ...
А коса красиво и быстро подрезает траву, складывает её в волок и возвращается обратно. Движения чёткие, уверенные. Глядя на него, мне казалось, это так легко, я ещё не понимал, сколько нужно времени, чтобы делать так же. Какой сильной должна быть рука, чтобы вести косу сквозь траву, по нужной траектории.
Отец передаёт мне косу... Тревожно, нельзя подвести ... Первый мой взмах - и коса упирается носом в землю, стыдно, второй взмах - коса застревает в траве, третий взмах - и тот неудачный. Отдаю косу в руки Отцу, он продолжил косить, а я наблюдаю: за движениями, ловлю тонкости. И знаете, в один день, когда отца не было дома, нужно было накосить травы кроликам. «Нельзя оставить их без еды» - думал я. Зайдя в
сарай, взяв ту самую косу, которая, как мне казалось, смотрела на меня как живая, с недоверием. Выйдя на небольшой лужок, поправив косу, я представил, как это бы делал Отец, с замиранием сердца сделал первый мах. О чудо! Трава небольшой кучкой лежит в углу косы, возвращаю косу на начальную позицию, ещё мах, ещё, ещё. Трава поддаётся нам с косой раз за разом, с каждым махом травы становится больше. Мышцы рук напряжены, ноги немного сводит, но я довольный, я улыбаюсь. Меня научили косить траву, я горд за себя и своего Отца! Он всегда рядом, он подскажет…
Платон Кехаиди
- Наша семья не была богата, поэтому мои воспоминания из детства обычно связаны с книгами, играми с псом, игровой приставкой «Dendy» и увлечениями динозаврами и кактусами.
Иногда я забываю, что в Одоеве я не коренной житель, а живу здесь с 6 лет, с первого класса. В то время и папа, и мама прикладывали огромные усилия, чтобы прокормить семью. На новом месте начать изучение непопулярного и невыгодного народного промысла и проявить инициативу в создании художественного отделения в школе искусств – для этого нужно было иметь сильный характер и большой энтузиазм. За это я уважаю родителей - не уверен, что сам бы взялся за такое. Отец даже получил звание «Почётный гражданин посёлка Одоева». Но в связи с такими трудностями я был весьма самостоятелен и до моего возвращения в Одоев на ПМЖ после студенчества старался справляться сам.
А вот когда в 2010 году вернулся в Одоев, родители, прежде всего отец, помогли мне и выбрать, и купить дом, и начать работать как филимоновский мастер. Дом я тоже предпочитаю строить сам (или нанимать мастеров), но отец всё же иногда помогал и советам, и делом. К примеру, мы с ним самостоятельно построили печку в доме.
Сейчас мы живём на разных улицах, но видимся почти ежедневно. Да и Одоев не настолько велик, чтобы, идя в магазин, не навестить своего отца.
Меня не воспитывали и не учили словами, как жить, но мне хватило личного примера. И сейчас у меня примерно такие же
правила: «Живя, не мешай жить другим», «Не все мечты неосуществимы, просто нужно приложить больше усилий» и «Друзей нужно ценить».
Наталья Трусикова - В «Родной речи» или в «Азбуке» были такие строчки: «За детство счастливое наше спасибо, родная страна!». А мне хочется добавить: и моим родителям Михаилу Григорьевичу и Александре Владимировне Сигайловым. За то, что у меня было золотое, безоблачное, яркое, звонкое, пионерское детство! И спокойное! Вспоминая отца, я всегда удивляюсь, как в одном человеке может сочетаться столько положительных качеств: порядочность, степенность, доброта, ум, честь, достоинство, трудолюбие. Когда в 1989 году мы провожали отца на заслуженный отдых, его племянник Николай сочинил стихотворение, там были такие строки: «Тракторист за 60 пыли съел с огромный склад, вспахал целую луну и всю жизнь кормил страну…» Насколько я помню, отец никогда не отдыхал, тогда механизаторы работали на гусеничных тракторах, работали без выходных, без отпусков, это такой был каторжный труд. Отец был интеллигент, мы, дети, от него никогда не слышали бранного слова. И у нас всегда было тихо и спокойно - родители решали все проблемы без повышения голоса. Мы конечно, помогали им (на приусадебном участке, крапиву, лебеду рвали для скотины, дрова кололи). Брат научился косить, а мы с сестрой так и не научились, я теперь понимаю почему: родители нас всё-таки жалели, и они были сами в силе, сами были молодые. И когда умер отец, у меня будто земля ушла из-под ног, я потеряла опору. И мне пришлось всё это выдержать, потому что жива ещё была моя мама. Отец для меня - это абсолютный авторитет, безоговорочный. Он был уважаемый человек на селе, и сейчас его вспоминают добрым словом. Может, я и живу в родительском доме до сих пор, чтобы подольше горели его окошки...
